семейное.
мы с папой приехали раньше мамы домой. папа должен был собрать стол, он оказался слишком "страшным" для четырех хрупких ручек женщин. мы сидели с папой в комнате и крутили шурупы. через какое то время в замочной скважание послышался знакомый скрежет ключей. открылсь входная дверь и в нее вошла мама со своими подругами. дверь, в которую вошли гости, не была в поле обозрения нас с папой и мы могли слушать только голоса. кто то из баршень произнес шутку и мама засмеялась. у мамы какой особый звонкий смех. и я взглянула на папу.
это невозможно передать словами - какое у него было выражение лица, когда он слушал этот непонятный разрезающий тишину смех моей матери. как будто в его голове начали проноситься моменты их совместной жизни, у него чуть задрожжала нижняя губа и лицу пришлось принять улыбающуюся гримасу.
он ее любил. или все еще любит? сложно говорить про мужскую любовь, да и вообще про это понятие в целом. но что все таки что-то такое в жизни существует, что заставляет дрожать нижную губу и делать на лице улыбающуюся гримасу, есть в нашей грубой и неотесанной жизни.
не знаю насколько я хочу полноценную семью. и перестать выполнять роль молодого бойца , вбивающего гвозди, сверлящего дырки в стене, передвигающего шкафы, таскающего продукты из машины в холодильник. да. это все пользная школа и бла бла бла. но в конце концов кто будет слушать мой смех? кто будет сидеть с дочерью в комнате и вкручивать шурупы вместо меня?
мы с папой приехали раньше мамы домой. папа должен был собрать стол, он оказался слишком "страшным" для четырех хрупких ручек женщин. мы сидели с папой в комнате и крутили шурупы. через какое то время в замочной скважание послышался знакомый скрежет ключей. открылсь входная дверь и в нее вошла мама со своими подругами. дверь, в которую вошли гости, не была в поле обозрения нас с папой и мы могли слушать только голоса. кто то из баршень произнес шутку и мама засмеялась. у мамы какой особый звонкий смех. и я взглянула на папу.
это невозможно передать словами - какое у него было выражение лица, когда он слушал этот непонятный разрезающий тишину смех моей матери. как будто в его голове начали проноситься моменты их совместной жизни, у него чуть задрожжала нижняя губа и лицу пришлось принять улыбающуюся гримасу.
он ее любил. или все еще любит? сложно говорить про мужскую любовь, да и вообще про это понятие в целом. но что все таки что-то такое в жизни существует, что заставляет дрожать нижную губу и делать на лице улыбающуюся гримасу, есть в нашей грубой и неотесанной жизни.
не знаю насколько я хочу полноценную семью. и перестать выполнять роль молодого бойца , вбивающего гвозди, сверлящего дырки в стене, передвигающего шкафы, таскающего продукты из машины в холодильник. да. это все пользная школа и бла бла бла. но в конце концов кто будет слушать мой смех? кто будет сидеть с дочерью в комнате и вкручивать шурупы вместо меня?
1 done | Just Do It
